Примеры отрицания ответственности

В какой мере безответственность прихожанина осложняет его взаимоотношения с пастырем?
Довольно распространенный вариант безответственного по отношению к пастырю, его времени и вниманию, поведения: под видом "духовной беседы", исповеди, разговора о молитве и старцах, к которым так хотелось бы поехать, человек хочет "урвать" хотя бы десять минут обычного человеческого участия со стороны батюшки. Он как бы просит: "Ну позанимайтесь мною хоть немножко! Ну хоть поругайте меня за что-то, в крайнем случае".
Духовник не может принадлежать одному-единственному нуждающемуся в нем человеку, у многих из священников часто даже на себя часто не хватает времени. Некоторые окормляемые духовником люди, поняв, что он уже не реагирует на их попытки манипулирования собою посредством навязывания тех или иных ролевых отношений, переходят с ласкового, заискивающего тона на крик, обвиняют батюшку в том, что у них плохие нервы, с ними так бессердечно обращаться нельзя, они и так в жизни довольно натерпелись...
Такие люди чаще всего в конечном итоге разбивают всякие отношения с духовником и со своим приходом или с монастырем (если речь идет о монашествующих). Эта ситуация очень сложная. Такой человек, возможно, осознав свои неправды, вернется к своему пастырю, но, после того, как разбиты самые первые, глубокие и доверительные отношения, гораздо труднее обрести хотя бы "дипломатические".
Еще несколько примеров отрицания ответственности. Человек объявляет себя невинной жертвой обстоятельств. Некоторые, особенно склонные к истерикам люди отрицают ответственность, считая себя невинной жертвой обстоятельств, иногда - жертвой неправильного воспитания ("Виноваты родители, неправильно меня воспитавшие, а поэтому я не отвечаю за свои действия и поступки!"), хотя на самом деле они сами провоцируют возникновение вокруг них различных неблагоприятных обстоятельств. Припоминается один послушник, который все свои срывы, различные формы грехопадений, включая алкоголизм, объяснял тем, что у него было плохое детство, жестокий отец, не желая признать, что виной происходящего с ним был исключительно он сам.
Иногда случается, что такие "невинные жертвы обстоятельств" находят себе двух духовников (обычно разного внутреннего устроения) и консультируются у них по одним и тем же вопросам для того, чтобы исполнять наиболее подходящие им благословения. Нередко такое чадо каждого из духовников периодически обвиняет в некомпетентности духовного руководства. Если один из пастырей намекает такому чаду (прямо говорить иногда просто опасно!) о том, что окормляться можно только у одного духовника, то его слова интерпретируются как ревность, зависть, желание "безраздельно властвовать" и "полностью подавить мою свободную волю". Вследствие этого человек, разрывая отношения с одним из духовников, будет жаловаться другому на "жестокость, бесчеловечность" того, кто справедливо указывал ему на ошибки.
Человек, играющий роль невинной жертвы обстоятельств, как правило, не готов осознать и увидеть это, но именно в отрицании своей ответственности за складывающуюся ситуацию таится разгадка его жизненных трудностей. Подобные духовные чада склонны считать, что духовник "использует" их в каких-то личных целях. Как правило, они разыгрывают с духовником определенную драму, в которой есть завязка отношений, кульминация и финал-разрыв, являющийся для них поводом для того, чтобы еще раз доказать себе, что людям (в том числе и в духовникам) доверять нельзя.
До тех пор, пока человек будет осознавать себя "невинной жертвой обстоятельств", он не сможет полноценно строить свои отношения не только с духовником, не только с братьями и сестрами по приходу или монастырю, но и со всеми остальными.
Еще один способ сбросить с себя ответственность - это позволить себе увлечься чем-либо до такой степени, что выйти из-под сознательного контроля и оказаться немножко не в своем уме. Люди, имеющие обыкновение взрывным образом вести себя в тех или иных ситуациях, жаждут, чтобы духовник с ними нянчился, "кормил их с ложечки", выделял их из остальных чад, заботился о них особо, не так, как о других. Ради получения таких привилегий, люди теряют контроль над собой, вплоть до состояния глубокого уныния, депрессии, если не получают этой заботы.
Еще одной формой избегания ответственности можно назвать боязнь проявления собственных душевных потребностей. Иногда случалось сталкиваться с такой ситуацией: в монастырь приходит послушник и, видя в духовнике человека, способного подсказать ему, направить, позаботиться о нем, целыми днями ожидает, когда же духовник наконец-то обратит на него внимание, проявит к нему хоть какое-то отношение, но сам так и не решается подойти первым, чтобы начать разговор или сформулировать просьбу. Если духовник все же подойдет первым, человек искренне удивляется тому, что к нему проявили интерес. Здесь идет речь о людях с крайне скудным запасом душевных сил, людях, которые с детства живут с ощущением затравленности и ненужности.
Такое поведение лежит на поверхности, прячась под вполне благовидными покровами "скромности" и "смирения". В глубине здесь, как правило, другое: избегание ответственного проявления своих душевных потребностей и чувств. Такому человеку никто в жизни не сказал простых слов: "Если ты чего-то хочешь - попроси!". И тогда, осознавший потребность в душевной близости и понимании себя другими, человек, принимая решение сделать шаг навстречу другим из скорлупы своего эго, неизменно столкнется с ответственностью.